Главная » Статьи » Воспоминания ветеранов 56 СД » Воспоминания родственников ветеранов

Воспоминания Смирнова В.Г. (213 СП)
Письмо № 1
Смирнов В.Г.- Бардову В.Н.:
«Здравствуйте дорогой, уважаемый Василий!
Во первых я хочу от всей души поблагодарить Вас за то большое дело, которое Вы воздаёте павшим за Родину. Мне, конечно, на встрече в Сопоцкине 22.5.1986 г. было обидно слушать от некоторых ветеранов, которые с подозрением рассказывали мне о боевом комбате 1 - моём отце и о которых я так и не понял, как они сами встретили 22.6.1941 г. и где находились. Я по гроб жизни не забуду утро 22.6.1941 г. прощание с отцом, у матери нас было четверо, год младшему и 14 старшей. Когда он набивал обоймы для пистолета патронами, мать плача сказала: «На кого ты меня с четверыми оставляешь?». Он ответил: «Тебя партия и правительство не оставит, а я должен выполнить свой долг перед Родиной». И еще она просила его, чтобы он не попадал в плен. На это он ответил: «В финскую я последнюю пулю берёг для себя и сейчас, не беспокойся, - последняя пуля в пистолете будет моя». И он должен был выполнить эту клятву. Когда мне Портяной доказывал: «Ваш отец в полк не вернулся», то я ответил ему, что они ночевали где-то рядом с Панченковым, он замолчал. Я хорошо помню, как мы смотрели в окно, когда отец с комиссаром Черных садились в «Эмку» и, даже не махнув нам рукой, поехали в бессмертие.
Теперь всё, что я знаю и помню об отце, постараюсь описать. У него была медаль «ХХ лет РККА», которая всё время была при нём, полученная в 1938 г. Об этом помнит также т. Панченков, больше ничего не было. Насчет того была ли у него болезнь желудка, – я думаю, что не болел, т.к. и мать об этом никогда не говорила, но ведь это могло быть просто расстройством. Насчёт переездов я ничего не помню. Помню только времена, например, из г. Порхова в м. Ивье переезжали в 1940 г., в конце летних каникул, из м. Ивье в г. Гродно приехали в конце 1940 г., т.е. в 20-х числах декабря.
Я хорошо помню, было уже тепло, это было, видимо, 1 мая, когда командир полка Яковлев Т.Я. на плацу Фолюша принимал парад своего полка и через несколько дней, под вечер, в торжественной обстановке провожали полк в Сопоцкин. Потом отец несколько раз приезжал домой, рассказывая матери о провокациях на границе. Дорогой Вася, всё то, о чём я написал, у меня до сих пор стоит перед глазами, но, к сожалению, даты я ни одной не помню. И если я в чём-либо могу оказать тебе какую-нибудь помощь, я буду очень рад.
Вася! Тебя я очень прошу, если появится в газете статья, пожалуйста, сообщи, чтобы я мог заполучить газету и рассказать своим детям о судьбе их деда и его 213-го стр.п. Больших успехов тебе в твоём трудном и благородном деле. Здоровья тебе, дорогой.
С большим уважением к тебе.
Смирнов В.Г. 22.07.86 г.».

Письмо №2
Смирнов В.Г.- Бардову В.Н.:
«Уважаемый Василий, здравствуй!
Придя с работы домой 5.8.1986 г. я получил от тебя письмо и сразу сел писать. Я помню, конечно, очень много, но, к сожалению, дат не запомнил. Ну, буду потихоньку отвечать на твои вопросы, которые тебя интересуют и что я запомнил. Отец запомнился мне, как преданный командир своего дела. Когда мать, а нас у неё было четверо, младшие с 1940 и с 1938 г., я с 1931 и старшая с 1927 г. – погибла в партизанах на Псковщине, сетовала ему: «Я тебя не вижу», он отвечал: «На первом месте у меня служба, а семья на втором».
Из Ивье он куда-то уезжал, но в Гродно мы ехали вместе.
Офицеры, которых я хорошо помню, это:
- зам. командира 1-го батальона, ст.л-т Лисицин Андрей Елисеевич, 1907 г.р. Я пытался найти его сына, моего ровесника, но увы.
- майор Третьяков, который жил в нашем доме. По-моему он был зам. ком. полка по строевой части. Он тоже был дома, но в полк с отцом не поехал – якобы проспал. И весь день 22-го до ночи сидел с нами в подвале под штабом полка. В ночь на 23-е нас вывезли, а он оставался в Фолюше и дальнейшая судьба его мне неизвестна.
- с женой комиссара Черных мы ехали вместе, но в дальнейшем, как мне сказал Воронец Г.А., который её хорошо знал, прошли слухи, что когда она попала к немцам, то якобы над ней издевались. В Порхове отец часто брал меня с собой на учения.
Насчёт 1 мая 1941 г. я оспаривать не буду, но хорошо помню, что на Фолюше напротив плаца были сделаны импровизированные трибуны, на которых было командование полка и принимало, возможно, смотр.



Плац военного городка, вдали дом, где жили семьи комсостава.

Проводы полка в Сопоцкино я хорошо помню. Провожали под вечер и никакой тревоги не было. Все семьи стояли на плацу, играл оркестр, солнце было на закате. Отца я видел верхом на лошади и полк двинулся не в задние ворота, а в центральные, т.е. вышли на бывшую Лососянскую улицу и повернули налево, на м.Сопоцкино.
И по дороге, видимо, уже стало темно. Командирский состав был тоже на верховых. Майора Третьякова я хорошо помню. Это был тип старого офицера с хорошей выправкой. Носил бакенбарды. Но в полк 22-го не поехал. Я помню, что он был зам.ком.полка по строевой, но Яворская утверждает, что он был зам. по тылу. Когда мы приехали с отцом в Гродно из м. Ивье, был очень сильный мороз. На вокзале нас ожидали 2 подводы с красноармейцами. Так что полк был уже на Фолюше. Но даты я ни одной не помню. Всё, что я написал, я хорошо помню. Ну, Вася, пока что буду припоминать дальше. Желаю тебе больших успехов. Я к твоим услугам. 8.8.1986 г.
С уважением к тебе, Смирнов В.Г.».

Письмо №3
Смирнов В.Г.- Бардову В.Н.:

«Здравствуй, уважаемый Василий!

Получил от тебя письмо и спешу дать ответ. Вот по крупицам, потихоньку восстанавливаем мы в памяти тех, кто отдал не задумываясь свои жизни ради того, чтобы мы были счастливы.
Вася, насчет ветеранов 213-го с.п. и в частности 1-го батальона, я вот уже год как переписываюсь и встречаюсь с ними и никто моего отца не видел и не знает, кроме Панченкова В.И., который отлично помнит отца и даже помнит что у него была медаль «ХХ лет службы в РККА», но, к сожалению, он мне почему-то мало рассказал. И даже Максименко, который был в 1-м батальоне в переписке со мной сказал: «Я плохо помню Вашего отца». И даже в г.п. Сопоцкине, когда я показал ему фото, он пожал плечами. Ну а такие, как Портяной Ф.К., что он может знать об отце, когда он был далеко от 1-го батальона, но клеветать на боевого комбата, что чуть ли не резидент немецкой разведки – это наглость. Как можно говорить, что он не прибыл в часть, когда он его не знал и не видел.
Я очень хорошо помню Черных и его семью. Это был комиссар, среднего роста, с отличной строевой выправкой, фуражку он носил нахимовского образца (т.е. козырёк, закрывающий глаза).
Но кто тебе сказал, что у него была дочка, это не верно. Я очень хорошо помню его сына, с которым мы бегали. Он был года на 3 младше меня и мне совсем непонятно, как жена Черных была расстреляна на Фолюше, когда мы все были вывезены на лошадях.
У майора Третьякова была семья: жена и дочь Тамара. Она была старше меня и училась в той же школе с моей старшей сестрой в 7-м классе, а я – с сыном зам. комбата-1 Лисицина в 3-м классе. Яворская Е.М. мне говорила, что дочка Третьякова заходила к ней лет 20 назад справиться об отце, но потом её «концы» пропали. То, что ст.л-т Лисицин являлся зам.комбата-1, у меня есть письмо из ЦАМО, которое и подтверждает. Лисицина я знаю из Ивья, т.к. мы и там учились с его сыном, но его внешность описать сейчас не берусь.
Я очень хорошо знал Батыревых, отца и сына еще по военному городку в Порхове мы вместе бегали и в Фолюше часто заходили к его отцу в мастерские боепитания полка, что рядом с клубом. К сожалению, как мне рассказывал Володя Яковлев, сын Батырева недавно умер.
Из клубных работников я хорошо знал киномеханика Сидоренко, поскольку во время показа фильмов мы крутились около него. К сожалению, вспомнить внешность этих людей я теперь не могу. Комиссара Черных звали Константин, но это процентов на 90. Год рождения моего отца 1898. В армии он был с 1918 г. Я помню начальника штаба капитана Царёнка. А ниже капитана я больше никого не знал. Хотелось бы мне получить письмо от Нагорного и я его жду. Сам я служил в армии 5 лет – с 1950 г. по 1955 г. включительно на эскадренном миноносце «Строгий» трюмным машинистом. Этот корабль активно участвовал в войне на Балтике.
Ты должен оставаться служить на Фолюше для продолжения очень нужного и благородного дела, для того, чтобы люди знали, как встретили наши отцы и мы пацанами день 22 июня 1941 г. Насчёт поездки в конце марта в Гродно – я бы очень хотел и буду стараться, но с отпросами на работе очень сложно, а отпуск у меня в 1987-м году в июне или в июле. Ну, дорогой, всё что вспомнил – написал. Желаю тебе больших успехов в твоём благородном деле. С большим уважением к тебе. Смирнов В.Г. 30.8.1986 г.».


Письмо №4
Смирнов В.Г.- Бардову В.Н.:

«Первый раз с 1941 г. я был в Гродно в июле 1985 г. в отпуске с женой. И когда мы пришли на Фолюш, я обалдел, – как было 44 года назад, так и есть - штаб полка, в подвале которого мы сидели весь день 22-го до ночи, казарма отцовская, столовая, клуб, баня и наш дом, здание школы, в которой мы с Володей Яковлевым учились. В этом году, после того, как я уехал из Сопоцкина в Гродно, я со знакомым майором прошёл на Фолюш и мне удалось сфотографировать наш дом, в котором находится мед.сан.часть. Вид со стороны клуба. Хотел сфотографировать общий вид городка, но было неудобно. Наш дом, в котором я хорошо помню, кто и где жил:
- здесь мы жили (3 окна посередине дома с лицевой стороны на втором этаже);
- здесь жил зам.ком.полка по строевой части майор Третьяков (4 крайних справа окна с лицевой стороны дома на втором этаже);
- здесь жил комиссар Черных (3 окна правее левой двери, на 1-м этаже с лицевой стороны).



Дом, где проживали семьи комсостава в Фолюше.

Смирнов Г.Г.
Посылаю тебе фотокопию отца 1939 г. В г.п. Сопоцкине я оставил фото этот раз так, что там оно есть. Голикову оно не понравилось, т.к. много ретуши. Но из той, из которой его делали, я очень доволен. На этом фото чётко видна медаль «ХХ лет службы в РККА». 
Да, на некоторых ветеранов я очень в обиде: как могут клеветать на боевого комбата, которые его совершенно не знали? А по его словам, как я помню, семья у него была на втором месте. Да чего теперь говорить! Ведь прошло 45 лет и кое-кто теперь бьёт себя кулаком в грудь, дескать «мы пахали»! В Ленинграде я встречаюсь с Яворской Е.М. и с Короткевичем В.А.
К Воронцу в Выборг я ездил, но потом он в письме мне посетовал, что: «Все эти встречи и переписки уносят у меня кусочек здоровья и частицу жизни». Я перед ним извинился за беспокойство и перестал ему писать. Я написал письмо Нагорному Н.С., но ответа пока что не получил. На речку Лососянку мы водили мыть лошадей из конюшни. И даже в школу по Советской улице мы ездили на верховых лошадях».



Письмо №5
 «Здравствуй дорогой и уважаемый Василий!

Да, я смотрю как трудно тебе вести вот это трудное, но благородное и нужное дело. Но ещё трудней, когда наши уважаемые ветераны из 213-го СП начинают забывать и дают тебе неправильные версии. Я если в чём-то не уверен, тебе не пишу. Вот, например, некоторые ветераны говорят тебе о том, что дорога к старому КПП по Фолюшу проходила от казармы 1-го батальона наперекосяк. Это не верно, т.к. я по этим дорогам, начиная с нового года и по конец учебного года, два раза в день ездил на лошадях в школу, а поэтому тот план, который я нарисовал тебе, я хорошо помню. Напротив старого КПП стоял небольшой каменный дом (сейчас его нет). Это была офицерская столовая и по словам Воронца, в нём работал один из офицеров. Он был агент немецкой разведки, всё видел и передавал.
Нагорному я послал второе письмо, но ответа не получил. Больше решил его не беспокоить.
Разговаривал по телефону 2 раза с Яворской. Я ей всё рассказал. Она сетует на плохое здоровье и сказала, что не любит посредничество, так что если что будет тебя интересовать, она сказала, что пусть напишет сам. Насчет стрельбы на Фолюше – целый день 22-го летали самолёты. Они бомбили и стреляли и когда днём я побежал из подвала штаба полка к себе домой за продуктами, то немец меня чуть не накрыл. Недалеко от меня упала бомба. Под вечер 22-го кто-то пустил панику, что через полчаса в городок войдёт немец и по команде майора Третьякова мы все пошли к складам боепитания полка вооружаться. Потом всё сложили. Когда в 12 ч. ночи наш обоз тронулся, нас провожал Третьяков и др. красноармейцы. И в это время раздался сильный взрыв где были склады. Это, видимо, наши взорвали их. Я знаю, что у р.Лососянки и у бани были конюшни полка. Они и сейчас - по-моему я их видел. А склады были, где сейчас боксы для техники: это из нового КПП прямо по дороге на горке. Это я хорошо помню, когда мы ходили туда вооружиться. И взрывы были там. Слева от клуба сейчас стоит дом. Это мастерская боепитания полка, где был Батырев.



Здание, где размещались мастерские боепитания 213 СП.

Справа от клуба за нашим домом стоит и сейчас двухэтажный дом. Внизу была почта, а наверху жил Лисицин. Я часто там был у его сына.
Когда полк уходил в лагеря Сопоцкино в мае, то все уходили через главный КПП, а 22-го отец с Черных поехали через ворота, которые находились рядом с клубом – это, видимо, ближе и безопаснее от самолётов. Дом, который ты принял за штаб полка был, но не было пристройки слева. Снимок казармы полка я оставляю у себя, а остальные отправляю тебе.
И кое-какие еще посылаю… Ну, дорогой, до свидания. Что смогу вспомнить – всегда отвечу. И я всё больше и больше узнаю о судьбе полка и об отце.
С приветом к тебе Смирнов В.Г. 6.10.86 г.».

Письмо №6 от
«Здравствуй дорогой друг Василий!
Я очень рад, что у тебя есть возможность остаться служить на Фолюше. Ведь у нас будет возможность продолжить наши поиски, а также мы будем периодически встречаться.
Фотокопию отца я показывал многим ветеранам, но они и без фото отца не знали – никто кроме Панченкова В.И., который помнит даже медаль «ХХ лет РККА», которая была у отца и просматривается на его гимнастёрке. Голикову не понравилось качество фотокопии – много ретуши. Но из той, из которой она была сделана, лучше я и не ожидал. По просьбе Смирнова Б.Н. я выслал ему фото отца для стенда «Они были первыми». На днях к Яворской Е.М. заезжал Володя Яковлев. Они позвонили и мне и мы втроём долго сидели за чашкой чая, вспоминали события тех далёких и страшных дней. Вспоминали добрым словом и тебя, за то, что ты смог добиться создания стены для 213-го стр.п. Ведь теперь 213-й с.п. будет продолжать жить на Фолюше, а мы – дети, сможем приехать и с гордостью посмотреть на своих отцов (на стенде музея в здании политотдела части – В.Б.).
Я послал еще одно письмо Н.С.Нагорному. Оказывается у него изменился адрес. Он получил новую квартиру и те мои письма он не получал. Ему звонила по телефону Яворская. Он сказал что письмо моё получил и сказал, что обязательно мне даст ответ, я его жду.
Получил я письмо от Барташ Р.Ф. вдовы командира 1-й пульроты л-та Семенова, в котором она описывает трагическую гибель как бы моего отца. Но по тем приметам, о которых она пишет, это был не мой отец, а его однофамилец. И как сказала Яворская Е.М., в 1-м батальоне у отца был еще один Смирнов, с которым это и произошло. Володя Яковлев дал мне один адрес в Ленинграде и попросил чтобы я разыскал одного человека: после одной статьи, написанной кем-то из ветеранов 213 с.п. в газете «Известия», он написал туда о том, что он разыскивает своего отца. Поляков (корреспондент «Известий» с публикации которого «Стальной батальон» начались ежегодные встречи участников первых боёв на Августовском канале – В.Б.) позвонил Володе Яковлеву, а он - мне. Я нашёл его. Его отец – ст. сержант Константинов – служил, видимо, вместе с Батыревым, старшим оружейным мастером. Жили они на Фолюше и уезжали вместе с нами. Но вся беда в том, что ему было тогда 4 года и он совершенно ничего не смог мне рассказать. Знает только кое-что со слов матери. Я дал ему твой адрес. Он хочет написать тебе.
У него есть предвоенная фотография отца, где тот сидит на коне и, возможно, это фото будет хорошим экспонатом на стенде 213-го с.п. Володя Яковлев ехал проездом под Выборг через Ленинград с ребятами на лыжные соревнования. На обратном пути обещал заехать ко мне. Когда ты звонил Яворской, мы сидели у неё. Ну, дорогой Василий, до свидания. С большим приветом к тебе, Смирнов В.Г. 8.1.1987 г".

Письмо №7
«Здравствуй дорогой Василий!

Поздравляю тебя и твоего друга с праздником весны днём 1 мая!
Вася, приглашение мне прислали из г.п. Сопоцкина. 23 мая я буду в Гродно.
Фотокопия снимка моего отца сделана с оригинала 1939 г. который хранится у нас в семье. Правда время её не пощадило, поэтому когда копию делали в фотоателье, пришлось много ретушировать. Уж я-то, наверное, лучше помню своего отца чем кто-либо. Ну, Вася, до встречи в Гродно! Там поговорим.
До свидания. С приветом к тебе, Смирнов В.Г. 22.4.1987 г.».

Письмо №8
 «Здравствуй дорогой Василий!

Много писать о нашей июньской встрече нечего, т.к. организации никакой не было. Разговаривал я с Барташ Р.Ф. Видела она моего отца. Фотоаппарат у меня с собой был, но чего-то этот раз у меня плохо всё получилось. Прислали мне несколько фото Голиков из Гродно и Панов из Тбилиси. От Нагорного никому никаких писем нет. Видимо, на будущей встрече будет ещё меньше ветеранов. У Семеняка и Максименко были инфаркты, а у Короткевича В.А. был второй инфаркт. Директор Сопоцкинской школы Бутько А.И. из школы ушёл и сейчас там другой директор. Скоро на встречи будут приезжать уже только родственники ветеранов. Мне твои преемники тоже никто не пишут. В общем, пока ты был на гражданке - жизнь «кипела», а сейчас всё разваливается.
Ну, дорогой, новостей никаких пока нет. Пиши, как у тебя дела. Если что нового будет – сообщу. До свидания.
С уважением к тебе, Смирнов. 4.10.1987 г."
Категория: Воспоминания родственников ветеранов | Добавил: Admin (22.09.2011)
Просмотров: 718 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
Cайт визуально адаптирован под браузер
Mozilla Firefox Скачать/Download
В остальных браузерах сайт может отображаться некорректно!
(IE, Opera, Google Chrome и др.)
Рекомендуется установить программу Adblock. Скачать/Download
Основные источники
ОБД Мемориал Подвиг Народа
Друзья сайта
Песни сайта
Статистика
Онлайн всего: 2
Гостей: 1
Пользователей: 1
Admin
Форма входа