Главная » Статьи » Воспоминания ветеранов 68-го Гродненского УРа » Воспоминания ветеранов 9 опаб

"Воспоминания" Захарова Н.А.
Из докладной записки УНКВД по Ленинградской области №776 в НКВД СССР о результатах розыска немецких агентов в районе городов Тихвина и Волхова и проведении радиоигры с противником (дело «Кварц»)
11 мая 1942 г.

27 апреля после предупредительного звонка по телефону в Особый отдел 5-й сд ВВ НКВД г. Тихвин в форме мл. лейтенанта Красной Армии явился Голованов Иван Сергеевич с заявлением, что он является немецким разведчиком, сброшенным на парашюте с самолета в ночь на 26 апреля с.г. В подтверждение своего заявления он предъявил удостоверение личности на имя Голованова Ивана Сергеевича, состоящего на службе в 225-м сп в должности командира минометной батареи, выданное 5 октября 1941 г. за № 2369, заверенное гербовой печатью 225-го сп, и 3 экземпляра командировочных предписаний за № 164 с датами выдачи - 24 апреля, 8 мая и 22 мая, предписывающих явиться к коменданту г.Тихвина для получения инженерного имущества. По сообщению Голованова, удостоверение и командировочные предписания он получил в штабе немецкой разведки фронта. Задержанный и допрошенный Голованов о себе показал, что он - Голованов Иван Сергеевич, 1915 г. рождения, уроженец Челябинской области, Курталишенского района, с.Пеперино, русский, гражданин СССР, из крестьян-середняков, член ВЛКСМ с 1937 г., образование среднее, окончил 2 курса Педагогического института в г. Магнитогорске, женат. С 1936 г. в Красной Армии в должности кузнеца, в 1939 г. поступил в школу младших лейтенантов. С ноября мл. лейтенант Красной Армии, командир минометной батареи 1-го батальона 533-го сп 128-й сд. В финскую кампанию имел ранение в ногу. 22 июня 1941 г. батальон, в котором служил Голованов, находился в 4 км от м.Серея, где принял на себя удар наступающей германской армии. Израсходовав боеприпасы, ввиду отсутствия подвоза последних бойцы, в том числе и Голованов, начали отход до м.Алитус, где встретили штаб и командование полка, причем командир полка заявил, что полк в окружении и нужна круговая оборона. 23 июня Голованов расстрелял остаток мин, части продержались без отхода до 25 июня при недостатке продуктов. С разрешения командира 1-й стрелковой роты Топоркова Голованов пошел с бойцами на поиски продуктов, где они были отрезаны немецкими мотоциклистами от своей части. После блужданий по лесу и переправы через р.Неман 29 июня около м.Нешакайцы Голованов вместе с лейтенантом Круповым были взяты в плен. Из Нешакайц пленные были переведены в Арапы и после 10-дневного содержания переведены в г.Сувалки(1), откуда через сутки переведены в общий лагерь для военнопленных в г.Граево. 21 июля в лагере был произведен отбор командного состава в количестве 500 человек, в том числе был отобран и Голованов, которых впоследствии отправили в лагерь военнопленных в г.Хаммельбург (Бавария)(2). В Хаммельбургском лагере для военнопленных Голованов находился до 10 января 1942 г. В январе в лагере немецкое командование начало производить запись военнопленных - уроженцев Урала, в этот же список был включен и Голованов. Через несколько дней Голованов был вызван к майору генерального штаба немецкой армии, который предложил ему «бороться против большевиков», Голованов ответил положительно. Здесь же им были заполнены 2 анкеты: одна - на русском языке, другая - на немецком. По показаниям Голованова, в конце анкеты русским текстом было написано: «Я желаю бороться против большевиков», - после этих слов он расписался и поставил оттиски двух пальцев правой руки и одного пальца левой руки. Получив поручительства от неких: Латыпова, начальника полиции Русского блока, в прошлом лейтенанта Красной Армии, командира взвода разведывательного батальона 128-й сд, и Лефиса, рядового полицейского, в прошлом капельмейстера 533-го сп 128-й сд, Голованов был зачислен в «группу по борьбе с большевиками», после чего 10 января 1942 г. всю эту группу направили в г.Варшаву, в школу немецких разведчиков. Об обстоятельствах своего пребывания в Варшавской разведывательной школе Голованов на допросе 5 мая с.г. показал: «В Варшаву мы прибыли 13 января 1942 г. вечером, а утром всю группу в 46 человек собрали в классе, где немецкий ротмистр нам объяснил, что мы будем заниматься в школе разведчиков, причем часть будет заниматься по изучению радио, а часть - по линии разведки. Далее этот ротмистр (фамилия его мне не известна) заявил, что, кто из нас неспособен для разведывательной работы, пусть заявит, ему дадут другую работу. Основными дисциплинами в школе являлись: агентурная разведка, способы распознавания оборонных объектов, расположения войсковых частей, их вооружение, боеспособность, а также способы приема и передачи по рации. Преподавателями по агентурной разведке были военнопленные, бывшие командиры Красной Армии: один - подполковник по кличке «Шавгунов»(3) Василий Павлович, другой - полковник под кличкой «Быков»(4), фамилия, имя, отчество его мне не известны.
Радиодело преподавали: Мюллер - ефрейтор немецкой армии, который рассказывал мне, что ранее он проживал в Польше, до войны между СССР и Германией бывал в Москве, хорошо знает польский язык, русский язык - с акцентом украинца; «Ефремов»(5) - кличка, фамилию, имя, отчество его я не знаю, по национальности финн, является советским военнопленным; еще один немец в летной форме - занимался с нашей группой примерно дня четыре. Всего в школе было 6 групп: одна группа в количестве 60 разведчиков и 5 групп радистов: в двух группах было по 12 человек, в одной - 10 человек и в остальных 2 группах было не более 10-12 человек. Всего в школе разведчиков было примерно 115 человек вместе с преподавательским и техническим составом. Выпуск разведчиков в этой школе происходил через каждый 4-5 недель. Первый выпуск разведчиков в Варшавской школе был произведен в первых числах января 1942г.» На этом же допросе Голованов дал показания об известных ему немецких разведчиках, обучавшихся в Варшавской школе. По окончании школы Голованова совместно с также обучавшимся в Варшавской школе Юшковым Леонидом и двумя женщинами-эстонками отправили на самолете в г.Ригу, куда они прибыли 11 апреля с.г. 13 апреля с.г. Голованов с Юшковым на автомашине были направлены в г.Псков. Далее Голованов показал, что в Пскове были созданы 2 группы, в одну из которых входили Голованов и обучавшиеся вместе с ним в Варшавской школе разведчики Печалин Николай и Захаров Николай, в другую группу-Юшков, разведчики Жаворонков Павел и еще один по имени Гурий. Обе группы предназначались для выброски в тыл Красной Армии. 25 апреля 1942 г. обеим группам перед посадкой в самолет были поставлены следующие задачи разведывательного характера в тылу Красной Армии: 1. Наблюдение за количеством, продвижением воинских и гражданских эшелонов по железной дороге Тихвин-Вологда и обратно, Волхов-Лодейное Поле. 2. Какие и куда поступают воинские части, их вооружение: желательно знать номера частей и фамилии их командиров. 3. Какое воинское имущество перевозится по железным дорогам Вологда-Тихвин, Волхов-Лодейное Поле, обращая внимание, поступает ли американское или английское вооружение. 4. Наблюдение за движением воинских частей и грузов, проходящих по шоссейной дороге с Вологды на Тихвин. 5. Установить, какие воинские части находятся в г.Тихвине и г.Волхове, номера войсковых частей, а также желательно знать фамилии командиров. Когда воинские части сформированы, возрастной состав этих частей. 6. Установить количество аэродромов и типы самолетов: бомбардировщики, истребители или штурмовики. 7. Какая авиационная часть расположена - полк или авиабригада и количество самолетов. 8. Какие имеются новые минометы и поступают ли они на вооружение Красной Армии. 9. Выяснить возможности применения Красной Армией отравляющих веществ. 10. Отношение в войсковых частях к химическому имуществу. Содержание химического имущества, имеют ли бойцы и командиры при себе противогазы. По поводу полученного им от немецкой разведки инструктажа о поведении в тылу Красной Армии Голованов на допросе 5 мая с.г. показал: «После прибытия на советскую территорию мы должны были быть на нелегальном положении. Мы должны были вести себя следующим образом: устроиться на проживание где-либо на окраине города, познакомиться с женщиной, войти с ней в интимную связь, желательно с машинисткой, работающей в войсковых частях или на других серьезных объектах, имеющих оборонное значение». На допросе 2 мая с.г. Голованов сообщил приметы выброшенных вместе с ним с самолета немецких разведчиков. Голованов показал: «В состав моей группы кроме меня входили еше два человека: 1. Печалин Николай, отчество не известно, возраст 25-26 лет, среднего роста, лицо немного сухощавое, волосы черные, телосложение среднее. При разговоре верхняя губа дергается. Выброшен в форме красноармейца: шапка-ушанка, военный дубленый полушубок с черным воротником, кожаные сапоги, легкая рубашка, заношенные комсоставские брюки, ватная фуфайка темно-синего цвета, сумка от противогаза и винтовка русского образца. 2. Захаров Николай, отчество не известно, возраст 26-27 лет, рост выше среднего, упитанность хорошая, лицо смуглое, цвет волос каштановый. При разговоре прищуривает левый глаз. Выброшен в красноармейской форме: шапка-ушанка, заношенная шинель, кожаные сапоги, подбитые немецкими морозками. В состав второй группы, которая с нашего же самолета была выброшена в районе Волхова, входили: 1. Юшков Леонид, отчество не известно, радист, возраст 32 года, рост средний, упитанность плохая, имеет болезненный вид, лицо бледное, цвет волос каштановый, выброшен в форме красноармейца: шапка-ушанка, заношенная шинель, фронтовые петлицы, пришитые шелковыми нитками, петлицы из комсоставской пилотки, кирзовые сапоги, летнее обмундирование. Кличка - «Помидоров». Окончил Варшавскую школу радистов. 2. Павел, отчество и фамилия не известны, возраст 26-27 лет, рост ниже среднего, упитанность хорошая, лицо смуглое, цвет волос черный, выброшен в форме красноармейца: шапка-ушанка, заношенная шинель, ватные брюки, фуфайка, красноармейское летнее обмундирование, бывший старшина. 3. Гурий, отчество и фамилия не известны, возраст 35-36 лет, рост выше среднего, упитанность плохая, лицо суховатое, цвет лица белый, цвет волос каштановый, сутулый. Проживал раньше в Ленинграде, где в настоящее время находится его жена. Выброшен в форме лейтенанта Красной Армии Имеет на руках удостоверение среднего командира. На удостоверении фотокарточка, где он снят в форме мл. лейтенанта, а удостоверение выдано лейтенанту. Он является старшим группы, рация должна работать в 13 часов московского времени». По полученной от Голованова ориентировке о месте его приземления в Тихвинском районе ОО НКВД 5-й стрелковой дивизии НКВД в том направлении была выслана легковая автомашина с оперативным составом и Головановым на случай возможного опознания и задержания остальных выброшенных с самолета разведчиков. Недалеко от юго-западной окраины г.Тихвина Голованов, указав на отдыхающего возле дороги человека в красноармейской форме, заявил, что это немецкий разведчик Захаров. Проверкой документов было установлено, что это действительно Захаров, после чего он был задержан и доставлен в ОО НКВД 5-й стрелковой дивизии. При задержании у Захарова было отобрано: 1. Три командировочных удостоверения на сроки: а) с 24 апреля по 8 мая; б) с 8 мая по 22 мая; в) с 22 мая по 6 июня. Все на имя Захарова Николая Алексеевича для предъявления коменданту г. Тихвина. Все пропечатаны гербовой печатью 225-го стрелкового полка 2. Денег советскими знаками на сумму 3090 рублей. 3. Сумка противогазовая с продуктами питания: сливочное масло, консервы, хлеб черный кирпичиками. На допросе задержанный Захаров о себе показал, что он - Захаров Николай Алексеевич, 1918 г. рождения, уроженец Татарской АССР, Акташского района, с. Большой Батрас, из крестьян, образование 3 класса, беспартийный, русский, гражданин СССР, не судим. В СССР имеет родственников. До 1933г. проживал в колхозе вместе с матерью, с 1933 по 1938г. работал чернорабочим горкомхоза, подсобным рабочим лесозавода, прессовщиком деревообрабатывающей фабрики «Красная ветка» и перед призывом в Красную Армию помощником мастера фабрики «Красноволжская мануфактура» в Ивановской области. После призыва в Красную Армию в 1938г. был зачислен в кавалерийскую часть, расквартированную вблизи Минска. Там же окончил артиллерийские спецкурсы. После окончания спецкурсов служил в укрепленном районе около Минска. В 1939г. был направлен в воинскую часть около Гродно, где находился до начала военных действий между СССР и Германией. 27 июня 1941 г. взят в плен немецкими войсками в бою у м.Сапоцкино.Отвечая на вопрос следователя об обстоятельствах его пленения немцами, Захаров H.A. на допросе 6 мая 1942г. показал: «27 июня 1941г. в м. Сапоцкино блокировали ДОТ, в котором был расквартирован 54-й гарнизон в количестве 18 человек, и взорвали его. Взрывом убило всех, за исключением меня и лейтенанта Торохова Николая. После этого немцы отправили меня в лагерь для военнопленных в г.Гродно(6). Лейтенанта Торохова Николая отправили в другой лагерь, после этого я никогда его больше не видел». О своем пребывании в Гродненском лагере для военнопленных Захаров на допросе 1 мая с.г. показал: «После того как я попал в плен к немцам и после моего излечения в госпитале военнопленных, я примерно 10-12 июля 1941 г. был направлен в лагерь военнопленных, находящийся в пригороде г. Гродно. Во время нахождения в Гродненском лагере для военнопленных я в начале ноября 1941 г. был вызван к немецкому офицеру. Здесь он меня спросил мою фамилию, имя, отчество, где я родился и где у меня находятся родственники. Записал их адреса, где я работал и другие вопросы биографического характера. Примерно дней через 4-5 этот же офицер вызвал меня к себе и сразу же предложил мне поступить работать в гражданскую полицию, которая служит для наблюдения и сохранения порядка в занятых немцами районах Советского Союза. При этом он мне заявил, что вот я нахожусь такое длительное время в лагере и пора бы подумать и изменить свое положение. При этом он мне предложил, что если я поступлю работать в гражданскую полицию, то буду жить свободно на отдельной квартире, получать лучшее питание и жалованье. Я, чтобы не влачить свое жалкое существование в лагере, на предложение офицера согласился. В этот вызов немецкий офицер предложил мне подписаться, что было написано в документе, я не знаю. В тот момент, когда меня вызвал немецкий офицер, я не знал, почему именно меня избрали для этой работы, но как мне потом стало известно из разговора с военнопленным Тарасовым, так это будто бы он дал мой номер немецкому офицеру (все военнопленные в лагере имели свой номер, у меня он был 750), тем самым рекомендовал меня на эту работу. 19 ноября 1941 г. нас, группу отобранных для этой цели, вызвал еще раз офицер, который нам заявил, чтобы мы завтра готовы были к отправлению, куда они нас отправляют, нам в этот день не говорили. На следующий день нас - всю группу в 20 человек - посадили на машину и направили в лагерь Гогенштейн». О своем пребывании в лагере Гогенштейн (название немецкого города) Захаров на допросе 6 мая с.г. показал: «В лагере Гогенштейн нам пришлось пробыть 3 месяца в связи с тем, что в лагере свирепствовала эпидемия сыпного тифа. Будучи в лагере, мы на работу не ходили, а проводили время за картами, больше ничего не делали. В последних числах января 1942 г. в лагерь приехал немецкий ротмистр, выстроил нас и заявил: «Ребята, я приехал за вами». После этого он познакомился с каждым из нас в отдельности в присутствии военнопленного Иванова Григория ПК лицевая сторона, у которого был псевдоним «Березин». В беседе ротмистр интересовался соц. происхождением - рабочий или крестьянин, сколько земли имели, и после этого давал клички, которые записывал на листке бумаги. Мне была присвоена кличка «Ландышев». Когда ротмистр знакомился с нами, то в каждом случае спрашивал мнение Иванова, который как бы подтверждал благонадежность каждого. После этого на завтра нас покормили, переодели и поездом направили в Варшаву». Отвечая на вопрос следователя: «Каким образом вы дали согласие быть немецким разведчиком?» - Захаров заявил: «Приняв кличку «Ландышев», я не знал, что этим самым из меня готовят немецкого разведчика, но когда я прибыл в Варшаву, в школу разведчиков, мне стало ясно, что меня готовят на немецкого разведчика для шпионской работы на территории Советского Союза».О структуре Варшавской школы разведчиков и обучавшемся там контингенте Захаров на допросе 6 мая с.г. показал: «Школа немецких разведчиков находилась около Варшавы, в дачном месте, в 10 километрах от Варшавы. Классами служили бараки, сбитые из досок. Охрана школы была в ночное время. Отлучки из школы нам не разрешались. В школе немецких разведчиков обучалось до 100 человек, исключительно пленные бойцы Красной Армии. Начальником школы был немецкий ротмистр(7), фамилии я его не знаю, педагогов в школе было всего двое, в прошлом командиры Красной Армии, - полковник Быков и подполковник Шалгунов. Были ли это их настоящие фамилии или псевдонимы, не известно. В школе обучали умению пользоваться компасом и картой, распознавать направление передвижения войск, их рода и количество. Наглядными пособиями служили схемы и плакаты построения дивизии Красной Армии, схемы танков, построения танковой дивизии и прочее. Во время обучения в школе мы носили французскую форму». В школе разведчиков Захаров проучился до 16 февраля 1942 г., то есть примерно 2 недели. После окончания школы разведчиков группу окончивших, в том числе и Захарова, переодели в бельгийскую форму и отправили поездом до Риги; от Риги на автомашине в количестве 27 человек направили в Псков. В Пскове выделили группу в количестве 4 человек: Захаров, Печалин Николай Дмитриевич, Самсонов Григорий, Жаворонков Павел, и отправили на ст. Сиверскую Ленинградской области. По показаниям Захарова, указанная группа прибыла в Сиверскую 20 апреля 1942 г., на другой день якобы по вызову штаба разведки 18-й немецкой армии была направлена в Псков. 25 апреля с.г. в Пскове данная группа получила задание вылететь на самолете в район г.Тихвина. В этот же день в 24.00 с Псковского аэродрома группа вылетела на самолете на советскую территорию. Отвечая на вопрос следователя, кто с ним был в самолете, когда их перебрасывали к Тихвину, Захаров показал: «Совместно со мною была наша группа из 3 человек и волховская группа также из 3 человек. В первой группе старшим был Иван, фамилии его я не знаю, - радист, Печалин Николай Дмитриевич - разведчик и я - разведчик; во второй группе, сброшенной в районе Тихвина, были: Гурий - старший, он же разведчик, Жаворонков Павел - разведчик и Леонид, фамилии не знаю, - радист. Выброшены они были раньше нас минут на 10». О полученных им от немецкой разведки заданиях Захаров на допросе 6 мая с.г. показал: «Нами были получены следующие задания: а) Наблюдать за движением эшелонов Вологда-Тихвин. б) Наблюдать за шоссейными дорогами Вологда-Тихвин. в) Установить, какое количество аэродромов около Тихвина, строятся ли новые аэродромы. г) Установить фамилии командиров полков и дивизий, моральное состояние их бойцов, возраст, их происхождение, рабочий или крестьянин, их места призыва. д) Как бойцы и командиры Красной Армии готовятся к химической войне, носят ли они противогазы, противохимические накидки». По показаниям Захарова, волховская группа имела те же задания, только плюс к ним в ее задачу входило наблюдение за Мурманской железной дорогой, не прибывают ли английские и американские военные грузы, их род и количество. Об условленном порядке передачи собранных шпионских сведений и сроке пребывания в тылу Красной Армии Захаров на этом допросе показал: «Собранные шпионские сведения мы должны были передавать по имеющейся у нас рации. Время работы рации - 11 час. 30 мин. по московскому времени. Связь должна поддерживаться с Псковом и Варшавой. Мы имели задание арендовать вблизи Тихвина у каких-нибудь стариков комнату, бывать на вокзале, знакомиться с военными на вокзалах и получать от них интересующие немецкую разведку сведения. Питаться мы должны были за счет того, что сумеем купить у местного населения. При условии работы рации мы должны были находиться в г. Тихвине до 10 июня с.г., командование немецкой разведки нас заверяло, что Тихвин ими будет взять до 10 июня 1942 г. В случае если рация не будет работать, то мы до 15 мая 1942 г. должны вернуться в штаб немецкой разведки в г. Пскове(8). Для перехода линии фронта нам был дан пароль: «Я немецкий агент, скорее, ведите меня к офицеру». Этот пароль должен быть сказан на немецком языке, при чем при объяснении с офицером мы должны были добавить, что мы агенты 18-й армии с добавлением «Аинс». На допросе 28 апреля 1942 г. Захаров дал следующие показания об известной ему группе немецких разведчиков, находящихся в Ленинграде: «Мне известно, что сейчас в Ленинграде находится группа в составе 3 человек, фамилии которых я не знаю, но знаю, как их звать. Старший в этой группе Виктор Александрович, возраст примерно 32-35 лет, имел морское звание ст. лейтенанта, был командиром советского военного корабля (раньше принадлежал Эстонии), название его не помню. До призыва в Красную Армию проживал в Ленинграде, имел свою легковую машину. Носит форму старшего лейтенанта. При себе имеет бельгийский пистолет. Жена его проживает в Ленинграде. Кроме него, Александр, отчества и фамилии не знаю, проживал до армии в Ленинграде, работал на ленинградском оптическом заводе. Точнее, могу указать, что он проживал в Ленинграде по ул. Красных Ткачей, возраст примерно 1915-1916 г.рождения. Третий в группе был Анатолий, отчества и фамилии его я не знаю, раньше проживал в Ленинграде, до плена служил в Военно-Морском Балтийском флоте. Вся группа ушла в Ленинград по льду Финского залива в тот день, когда был большой налет вражеской авиации на Ленинград, то есть 4 апреля с.г., вечером». 7 мая с.г. в Тихвине был опознан Головановым, обезоружен и задержан старший волховской группы немецких разведчиков Куликов Гурий Алексеевич, 1908 г. рождения, уроженец г.Ленинграда, русский, гражданин СССР, член ВКП(б) с 1930 г., из крестьян, окончил Институт физической культуры им. Лесгафта, до призыва в Красную Армию работал в институте им. Лесгафта преподавателем по легкой атлетике. При обыске у Куликова отобрано: денег советскими знаками 3070 рублей, револьвер системы «Наган» и 25 патронов к нему, удостоверение личности на его имя и 3 командировочных предписания (документы все заверены печатью 325-го стрелкового полка), часы ручные, опасная и безопасная бритва, топографические карты Волховского района, полевая и противогазная сумки, хлеб, консервы, табак и др. При задержании Куликов сообщил, что с ним в Тихвине находится второй член волховской группы радист Юшков. Последний вскоре нами был задержан и на допросе показал, что он: Юшков Леонид Александрович, 1909 г. рождения, уроженец Башкирской АССР, Краснокамского района, с. Никола-Березовка, русский, гражданин СССР, беспартийный, из рабочих, образование 7 классов, до призыва в Красную Армию работал заведующим продовольственным складом в г. Уфе. При обыске у Юшкова отобрано: командировочные предписания - 3 штуки, заверенные печатью 225-го сп, денег - 2900 рублей сов. знаками, часы ручные, сумка от противогаза и др. На допросах Куликов и Юшков показали, что с группой 6 военнопленных, завербованных немецкой разведкой, в ночь на 26 апреля с.г. вылетели на транспортном самолете с Псковского аэродрома с целью выброситься на парашюте одной группе под руководством Куликова в составе Юшкова Леонида и Жаворонкова Павла (не установлен) в Волховском районе, другой группе под руководством Голованова в составе Захарова Николая и Печалина Николая (не установлен) в Тихвинском районе. Очевидно, по ошибке летчика группа Куликова была выброшена в районе дер. Маркою Липногорского сельсовета Тихвинского района. После приземления Куликов и Юшков сразу же нашли друг друга, а Жаворонков потерялся. Об их поведении после приземления на нашей территории Куликов показал: «С 25 апреля по 7 мая я и Юшков жили в лесах; первоначально в районе приземления, а затем в районе Липной Горки. 7 мая с.г., в связи с тем что у нас вышли продукты питания, электропитание к радиостанции осталось у Жаворонкова, которого мы искали 2 дня, но безрезультатно, мы решили пойти в г. Тихвин, чтобы добыть пищу. В г.Тихвин прибыли поздно, в 19-20 часов. Решили ночевать. Узнав о том, что ночевать можно только с разрешения военного коменданта, а пойти к нему мы не рискнули, боясь быть разоблаченными, мы решили тогда разыскать моего родственника Пестрикова Николая Петровича, работающего в областном управлении милиции, и переночевать у него, но во время розыска мы были задержаны и разоблачены». В областном управлении милиции действительно работает старшим оперуполномоченным ОБХСС Пестриков Николай Петрович, являющийся братом жены Куликова. Во время розыска Пестрикова Куликов был задержан. Вскоре был задержан и Юшков, ожидавший Куликова в сквере на площади. На допросах Куликов показал, что он, будучи призван в Красную Армию 4 июля 1941 г. и находясь в 264-м артиллерийско-пулеметном батальоне в качестве помощника командира роты, имел звание младшего лейтенанта Красной Армии, в бою под старым Петергофом (в районе деревень Сашино, Костино и Санино) попал в окружение и с группой красноармейцев сдался в плен немецким войскам. Имевшийся при нем партийный билет якобы спрятал в землянке. После пленения Куликов в течение 7 дней содержался в пересыльном пункте в пос. Беззаботное (в 15 км от ст. Петергофа), затем был направлен на пересыльный пункт военнопленных в Красное Село, где также пробыл 7 дней. Из Красного Села Куликов якобы был направлен на пересыльный пункт в с.Выру Красногвардейского района, где собралось 80 военно-пленных командного состава. В конце октября 1941 г. в Выру приехал офицер, по национальности русский, назвавший себя Владимиром Николаевичем, который из командного состава военнопленных отобрал ленинградцев. Такими оказались Куликов и некто по имени Вася. Владимир Николаевич якобы предложил Куликову и Васе работать с ним и тем самым улучшить свое положение. Куликов и Вася дали свое согласие. Как, где и на кого работать, Владимир Николаевич якобы им не говорил и они его об этом не спрашивали. Никаких подписок о сотрудничестве с немецкой разведкой Куликов якобы не давал и считает вербовкой указанное предложение Владимира Николаевича. В начале ноября Владимир Николаевич перевез Куликова и Васю в Сиверскую, где их поместили в доме кузнеца, жена которого, Мария Яковлевна, - финка. В одной из комнат этого дома проживал некто Владимир Яковлевич, которому Владимир Николаевич и передал Куликова и Васю. В середине ноября Владимир Яковлевич заполнил на них анкеты и предложил выбрать псевдонимы, которыми в дальнейшем пользоваться, не называя своих фамилий. Куликов взял кличку «Пестриков». Подписок якобы также никаких не давали. В течение ноября, декабря, января и февраля их якобы использовали на всяких хозяйственных работах. В конце февраля Владимир Яковлевич предложил Куликову пойти в Ленинград в качестве провожатого с немецким разведчиком Виктором Александровичем со шпионским заданием. Он согласился и задание выполнил. По показаниям Голованова и Захарова, нам известно, что в конце февраля с.г. Куликов был в Ленинграде по заданию немецкой разведки. Однако Куликов это упорно отрицал и только после длительного запирательства показал, что по заданию немецкой разведки (штаб в Сиверской)(9) он переходил линию фронта в Ленинград с заданием: 1. Изучить настроение населения Ленинграда. 2. Узнать, откуда и каким путем поступает продовольствие для ленинградцев. 3. Сколько и где расположено зенитных установок в г. Ленинграде. 4. Выяснить, какие заводы и фабрики работают и какие не работают. Эти задания Куликовым были выполнены. Переход был осуществлен 26 февраля с.г. от Стрельно на лыжах по льду Финского залива в ночное время. Обратно перешли 8 марта с.г из Лахты в Стрельно также по льду Финского залива. Пароль был «Роза». Куликов ходил на выполнение шпионского задания под руководством немецкого разведчика Виктора Александровича. Виктор Александрович, кличка «Вотька», около 35 лет, в Ленинграде имеет семью, проживающую по ул. Слуцкой, где он и останавливался. До войны Виктор Александрович в течение 10 лет работал в Совторгфлоте, плавал на теплоходах загранплавания в качестве 2-го или 3-го помощника капитана. Во время войны служил в Морском флоте в качестве среднего командира. Попал в плен под Ораниенбаумом. Приметы Виктора Александровича: рост около 170 см, шатен, плотного телосложения, походка быстрая, лицо продолговатое, острый нос, серые глаза. Во время пребывания в Ленинграде Виктор Александрович приобрел для Куликова командировочное удостоверение на имя краснофлотца, прибывшего из Кронштадта в Ленинград с посыльного судна «Перна» (не точно). Командировки были заверены печатью посыльного судна. В период с 26 февраля по 8 марта с.г. Виктор Александрович с женой Тосей посетил квартиру Куликова и его жену Марию Петровну (Моховая 32, кв. 13), пробыв у них около часа. В данное время Виктор Александрович с двумя немецкими агентами, бывшими краснофлотцами Толей и Сашей, находятся в Ленинграде. По этому вопросу Куликов на допросе 7 мая с.г. показал: «4 апреля с.г. Виктор Александрович с двумя рядовыми разведчиками ушел из Сиверской через Стрельно и Финский залив по льду в Ленинград для сбора шпионских сведений для немецкой разведки. До моего отъезда из Сиверской не возвращался. С ним же ушли 2 военнопленных бывшие краснофлотцы Саша и Толя. О Саше мне известно, что он работал токарем в Ленинграде. Имеет жену и дочь. Приметы Саши - средний рост, круглолицый, нос нормальный, немного вздернутый, глаза серые. Несколько металлических зубов. Приметы Толи - рост высокий, волосы черные, зачесаны назад, лицо румяное, загорелое и продолговатое. Что-то вспоминал про Орловскую губернию: или сам уроженец Орловской губернии, или имеет родственников, проживающих там. По специальности - электромонтер». На следствии Куликов ведет себя неискренно, многое скрывает. Юшков на допросе 7 мая о себе показал, что он после мобилизации в Красную Армию в августе 1941г. с воинской частью прибыл на фронт, был зачислен во вновь сформированный 487-й стрелковый полк. Через одни сутки после формирования полк вступил в бой. Юшков во время боя, якобы оказавшись отрезанным от своих, попал в окружение и был взят в плен. Далее он показал, что группу пленных в 9 человек, в их числе и его, под конвоем направили в г.Стародуб. Из Стародуба его с большой партией военнопленных направили в Гомель(10) в лагерь военнопленных, там пробыл около 3 недель и с эшелоном военнопленных был направлен в лагерь в г.Волковыск. В этом лагере немцы проводили отбор радистов. Юшков, обучавшийся радиоделу во время одного из лагерных сборов Красной Армии, заявил об этом и его с группой отобранных лиц направили в лагерь для военнопленных в г.Гогенштейн (Восточная Пруссия). В лагере Гогенштейна немецким командованием проводились опросы военнопленных, интересовались социальным происхождением. При одном из таких опросов Юшков якобы, желая получить какую-нибудь работу, заявил, что он сын торговца, в то время как сам из рабочих, был отобран и направлен в лагерь военнопленных в г. Варшаву. Это было в конце февраля 1942г. В Варшавском лагере Юшков был вызван немецким офицером, от которого получил предложение заниматься разведывательной деятельностью на территории СССР в пользу Германии. Юшков принял это предложение, якобы имея в виду таким путем попасть на неоккупированную часть территории СССР. После этого Юшков был сфотографирован, и немецким офицером на него была заполнена анкета. Дальнейшие обстоятельства обучения Юшкова в Варшавской школе разведчиков и дальнейшая переброска его на самолете в район Тихвина отражены в показаниях Голованова. Таким образом, из обеих групп разведчиков, выброшенных в районе Тихвина и Волхова, остались незадержанными двое: из тихвинской группы - Печалин Николай и из волховской группы - Жаворонков Павел. Меры к их задержанию приняты. Проведенными с помощью Голованова и Юшкова розысками в районе их приземления были найдены 4 парашюта: из тихвинской группы найдены парашюты Голованова и Захарова, из волховской группы - Юшкова и Гурия (Куликова). Найдены также две рации - Голованова и Юшкова: рация Голованова разыскана 1 мая с.г., рация Юшкова - 9 мая с.г. Обе рации в полной сохранности, у рации Юшкова не хватает дополнительного питания, ключа, антенны и телефонов, которые остались у разыскиваемого в настоящее время Жаворонкова. Описание раций и шифра прилагаются. Задержанные Захаров Николай и Куликов Гурий арестованы и содержатся под стражей в тюрьме № 9 г. Тихвина, арест задержанных радистов Голованова и Юшкова не оформлен по оперативным соображениям в связи с использованием их для нашей разведывательной работы в тылу противника. Следствие ведется силами работников следственной группы УНКВД по Ленинградской области в направлении дальнейшего выявления связей задержанных немецких разведчиков и получения от них подробных данных о методах работы германской школы разведки, деятельности германских разведывательных школ и разведпунктов германской армии, а также контингента выброшенных и предполагаемых к выброске на нашу территорию германских разведчиков. В соответствии с полученными от вас указаниями нами с помощью Голованова 7 мая с.г. была установлена радиосвязь по его рации с радиостанцией германских разведывательных органов: 7 мая с.г. был передан следующий текст: «Приземлился благополучно, приступаю к выполнению задания, плохо с продуктами». 9 мая с.г. нами было передано: «Тихвине гарнизон всех родов войск, режим строгий. Работа затруднена. Красноармейцы носят противогазы обычной носки, 53 не явился, 52 болен, продолжаю наблюдение жел. дор.» (номера выданы немецким разведчикам перед взлетом с Псковского аэродрома: 53 - Печалин, 52 - Захаров). Следующая передача назначена на 12 мая с.г. с учетом согласования ДЕ-30 с командованием Ленинградского фронта. Дальнейшие мероприятия по делу нами разрабатываются в направлении: 1. Продолжения активных поисков выброшенных немецких разведчиков с привлечением для этой цели оперативных войск HКВД, истребительных батальонов и гражданского населения Тихвинского и Волховского районов. 2. Использования раций Голованова и Юшкова для дезориентации германских разведорганов и проведения легенд по легализации выброски нашей агентуры в тыл противника, заполучения на нашу территорию немецкой агентуры и официальных сотрудников германских разведывательных органов. 3. Составления подробной ориентировки на основании полученных показаний от Голованова, Юшкова, Захарова и Куликова о предполагаемых к выброске и выброшенных на нашу территорию немецких разведчиков. Приложение. Протоколы допросов Голованова, Юшкова, Захарова и Куликова на 79 листах. Описание раций и шифра на 3 листах(19). Зам. начальника Управления НКВД по Ленинградской области майор госбезопасности Макаров ЦА ФСБ России 3 июня 1942 г. Особым совещанием при НКВД СССР Юшков Л.А., Захаров H.A., Куликов Г.А. осуждены по ст. 58-06» УК РСФСР к высшей мере наказания каждый. Голованов И.С., который добровольно явился в органы НКВД и оказал содействие в поиске немецких разведчиков Куликова Г.А. и Захарова H.A., из-под стражи был освобожден и передан в военкомат для направления в часть действующей Красной Армии.

Примечания

1 В г. Сувалки находился лагерь для советских военнопленных.
2 В г. Хаммельбурге находился шталаг 13Д. Военнопленными из этого лагеря комплектовалась рабочая команда 443, которых после двухмесячной подготовки использовали по изготовлению чертежей и на конструкторских работах для военно-испытательного завода в м.Пенемюнде, занимавшегося изготовлением снарядов «Фау-2-1».
3 Степанов Василий Павлович, клички «Вязов Николай Иванович», «Шелгунов», «Мартынов» - с конца 1941 года комендант и преподаватель агентурной разведки и стрелковой подготовки, с ноября 1943 года до июня 1944 года комендант и преподаватель в разведшколах в местечках Летсе и Мыза Кумна (Эстонская ССР)
4 «Быков» - кличка Козлова Петра Сергеевича, до июня 1942 г. находился на преподавательской работе в Варшавской разведывательной школе, а затем старший преподаватель в разведывательной школе в Полтаве.
5 «Ефремов» Алексей, клички «Зуев» и «Лауренц». прозвище «Нос», - преподаватель школы, с ноября 1943 г. работал в филиале Варшавской разведшколы наст. Нойкурен.
6 В г. Гродно имелось несколько концлагерей, 2 гетто, в которые были помешены 44 тысячи советских граждан еврейской национальности, большинство из них гитлеровцы впоследствии уничтожили
7 Начальником Варшавской разведывательной школы с октября 1941 г. по апрель 1945 г. являлся майор Моос, кличка «Марвиц». Его заместителем с апреля до конца 1942 г. был ротмистр Браунек A.A. В школе имелось 25 официальных сотрудников
8 По всей видимости, речь идет об абвергруппе 104. которая с сентября 1941 г. и до 6 февраля 1944 г. дислоцировалась в г. Пскове и занималась переброской агентуры в советский тыл
9 В пос. Сиверская с октября 1941 г. до февраля 1943 г. дислоцировалась абвергруппа 112. Она действовала при 18-и немецкой армии. Группа занималась разведывательной деятельностью в ближнем тылу Ленинградского, позже Волховскою фронтов.
10 В г. Гомеле немцами был создан концлагерь для советских военнопленных, в котором вербовкой агентуры занимались абвергруппы 105, 107 и др.
Категория: Воспоминания ветеранов 9 опаб | Добавил: Admin (26.02.2013)
Просмотров: 1067 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
Cайт визуально адаптирован под браузер
Mozilla Firefox Скачать/Download
В остальных браузерах сайт может отображаться некорректно!
(IE, Opera, Google Chrome и др.)
Рекомендуется установить программу Adblock. Скачать/Download
Категории раздела
Воспоминания ветеранов 9 опаб
Они сражались непосредственно вместе с 213 СП.
Воспоминания ветеранов 10 опаб
Воспоминания самих ветеранов и родственников
Воспоминания строителей 68-го укрепрайона
Основные источники
ОБД Мемориал Подвиг Народа
Друзья сайта
Песни сайта
Статистика
Онлайн всего: 2
Гостей: 1
Пользователей: 1
Admin
Форма входа