Главная » Статьи » Воспоминания ветеранов 56 СД » Воспоминания ветеранов 213 СП

Воспоминания Панченкова В.И.




Из командиров штаба полка я помню Аксельрода и Лещенко, о судьбе их ничего не знаю. Лейтенанта Мельника я во время войны не видел, а после войны мне рассказывали, что он служил у немцев. Политрука Герасимова я встретил в Гродно в 1957 году, когда приехал туда жить, он работал в обкоме партии, до войны я его не помню, лейтенанта Григорьева помню, но смутно. Жену Семенова я не помню. Лейтенанта Матерова что-то я не помню, а Артюшкова помню хорошо, он действительно перед войной был направлен в какой-то танковый полк, но куда именно я не знаю. Лисицына я во время войны не встречал нигде, но мне про него рассказывали наши командиры, которые были в плену и видели его и Мельника. Об этом мне говорил Чудинов и другие товарищи. Лейтенанта Петрова - артиллериста я знал, но погиб он или нет, не видел. Комбатов Шилова и Богачева я знал хорошо, Селиверстова и Максимова так же помню. Мл.политрука Полякова я знаю, он был призван из запаса и прибыл в полк когда мы были еще в Эстонии в 1940 г.


Весной 1941 годы мы прибыли в лагерь за г.п.Сопоцкино. Личный состав полка, как обычно, занимался  боевой и политической подготовкой. Подразделения зачастую поочередно оказывали помощь саперным подразделениям в возведении укреплений. Командовал я в то время взводом пулеметной роты, но когда начались бои, командира роты не оказалось на месте, мне пришлось командовать ротой. Другие полки нашей 56 СД находились от нас далеко, а левее дислоцировался пулеметный батальон. Мы видели как немцы наблюдали за нашей границей с вышек, знали, что граница часто нарушается, знали о том, что пограничники заставы, которой командовал Виктор Усов, ведут перестрелку с нарушителями. Крупное нарушение границы было в ночь на 21 июня. Я как раз был дежурным по полку, слышал хорошо бой, который вели наши пограничники. Ночью в полк приехал комиссар дивизии и с ним несколько человек старшего командного состава, бойцов приказали не поднимать, а комсостав, который был, собрали, продержав в ожидании почти до утра, так и не объяснив причины, затем Ковальский с сопровождавшими его уехали в Гродно. В этот же день 20 июня часов в 6-7 вечера к нам в полк прибыло человек 15 молодых лейтенантов - выпускников училищ, я разместил их в палатках, так как они еще не были приписаны к подразделениям.
В 6 часов был дан подъем подразделений и как обычно все занимались боевой и политической подготовкой. Вечером 21 июня я сдал дежурство и пошел отдыхать в д.Соничи, где квартировал у одного из крестьян. Деревня Соничи была расположена от нашего лагеря приблизительно 1,5-2 км.
22 июня еще не было 4-х часов утра, я услышал разрывы снарядов, вой самолетов. Побежал в свою роту, которая занимала оборону левее моста. Когда прибежал в полк, все подразделения занимали оборону в районе недостроенных укреплений по берегу Августовского канала. Фашисты вели интенсивный артиллерийский огонь. Впереди нас пограничники заставы отбивали атаки. Немцы, особенно 22 июня, по несколько раз в день ходили в атаки при поддержке артиллерийского и минометного огня, авиации, танков. С первых часов боя мы потеряли связь со штабом дивизии, но сдерживали натиск фашистов. После отбития нескольких атак, днем часов в 15-16 командир полка приказал мне взять с собой нескольких красноармейцев и установить местонахождение артбатареи, которая все время обстреливала наш передний край обороны. Я и 2-3 красноармейца, левее моста, по кустарникам переправились  через Августовский канал и где ползком, где короткими перебежками почти вплотную приблизились к опушке леса, где увидели несколько орудий противника. Возвращаясь обратно, я застрелил немецкую овчарку, на шее которой было какое-то донесение на немецком. Овчарка бежала по нейтральной полосе. Донесение мною было передано командиру полка. Ему же я доложил о месте расположения артбатареи. Яковлев сказал: "Хорошо, мы их сейчас накроем". После чего был открыт артогонь.
Впереди нашей обороны, а она располагалась на возвышенности, был кустарник, потом Августовский канал, потом опять кустарник и километра через 1,5 был хвойный лес.
Только в ночь с 23-го на 24-е июня по приказу командования полка мы снялись и вынуждены были отходить вглубь территории, израсходовав все боеприпасы, не имея продуктов питания. Обстановка в подразделениях осложнилась и тем, что в Гродно на зимних квартирах остались семьи командиров, куда многие из них уехали в субботу с целью навестить их и провести вместе с ними воскресный день – 22 июня 1941 года. Таким образом, много подразделений полка осталось без своих командиров. Только некоторых мне удалось видеть после того, как они прибыли в расположение полка. Я знаю, что всех жен комсостава из штаба полка хотели отправить из летнего лагеря в Гродно, но за Сопоцкино их обстреляли, видимо это был немецкий десант, они вынуждены были вернуться и отходили затем вместе с полком. Про это я знаю потому, что в этой группе была и моя первая жена, она мне и рассказывала.
Перед переправой через Неман полк попал под сильный артогонь, было много жертв. Майор Яковлев приказал мне прикрывать правый фланг. Несколько немецких танков вышли из укрытия и начали нас обстреливать и давить гусеницами. Один танк был от меня метрах в 20-30, немцы открыли люк и смеясь стали стрелять по нам, бегущим по ржи, я дал очередь из автомата по танку, они тут же закрыли люк, но продолжали нас преследовать. А потом почему-то танки ушли опять в лощину - в укрытие, почему они это сделали я и до сих пор не понимаю. А мы добежали до переправы. При этом самолет нас обстреливал сверху, но не очень опасно.
После переправы в районе Гожи командир полка приказал мне охранять понтонный мост. Понтон был на стороне д.Гожа. Мы окопались и ожидали часов до 2-х ночи. Часа в 2-3 прибежал связной из полка и приказал расстрелять понтон, что мы и сделали, а затем стали отходить к полку.
После переправы через Неман мы начали отход по дороге Сопоцкино-Капчяместис Литовской ССР. По пути отхода полк принял встречный бой. В этом бою фашисты потеряли много убитых, было взято много брони. Во время этого боя у меня возник конфликт с капитаном Смирновым, он приказал моему подразделению двигаться с левой стороны дороги, прямо на позиции противника, занявшего оборону. Я отказался выполнять его приказ, ссылаясь на приказ майора Яковлева всем идти правее дороги. Мы выхватили пистолеты и чуть было не перестреляли друг друга. Потом успокоились и двинулись вперед правее дороги. На ночевке в лесу с 24 на 25 июня капитан Смирнов располагался от меня метрах в тридцати. Но утром, когда мы проснулись, Смирнова на месте не оказалось. Куда он пропал для меня остается загадкой и до сих пор.
Из боев помню, что полк разбил противника на полустанке Рыбница, где стояло много вагонов. Бой длился минут 30-40. Полк овладел этой станцией и двинулся дальше на восток...
В районе Новой Руды командование 213 СП провело открытое партийное собрание, пригласив на него всех командиров. Командир полка майор Яковлев, комиссар полка батальонный комиссар Черных, начальник штаба капитан Царёнок проинформировав о положении, решили спросить, посоветоваться с командным составом, коммунистами, комсомольцами, как быть дальше, идти дальше на соединение с частями Красной Армии в составе полка, или разбиться по подразделениям. На партсобрании были различные мнения. Командование полка приняло решение: дальнейший отход с целью соединения с частями Красной Армии осуществлять по ротам. В каждой группе был назначен командир и политрук. Вместе с личным составом роты, с которой пришлось и мне отходить, отходили бывшие пограничники, артиллеристы, красноармейцы других частей армии. Отход в составе рот совершался в исключительно тяжелых условиях, проводя жесткие бои с фашистами. Порой мы не принимали пищи по 2-3 суток, рады были сырой картошке. С отступающими подразделениями двигалось много семей командного состава. Жены и их дети также вынуждены были терпеть все невзгоды, связанные с отступлением нашей армии. Связи никакой. Никакой информации, кроме неутешительных рассказов жителей деревень. Двигались только на восток. Каждый километр пути нужно тщательно разведывать. Ежедневно, а то и несколько раз на день путь неожиданно преграждали заслоны немцев, направленные на уничтожение окруженного полка. Так мы продвигались. Подошли к м.Радунь. Выяснили, что там немцы. Миновав Радунь, сельская дорога привела в топкое болотистое место, из которого с большим трудом вышли. При подходе к Лиде, безлесной местности, оказалось, что продвигаться на восток в составе роты тоже трудно, решили разбиться на мелкие группы. Где-то в районе г.Лида мы получили распоряжение командования полка: в дальнейшем продвигаться на соединение с частями Красной Армии мелкими группами, переодевшись в гражданскую форму под видом рабочих, заключенных и т.д. Местом сбора групп был определен г. Осиповичи Могилевской области...
...В последних числах июня где-то в Лидском районе, где точно не могу припомнить, наша группа (командир группы мл. лейтенант, фамилию его не помню) заняла на день одну из рощиц длиной, примерно метров 200-250, шириной 150-200 м. Выставили часовых, окопались. Уставшие бойцы сразу же уснули. Уснули и часовые. Я проснулся тогда, когда немцы были уже около нас метрах в 50-70-ти. С криком, гамом они собирались идти на нас в атаку. Многие из бойцов были в панике, бежали ко мне, кричали: «Давайте сдаваться!». Командир группы не подает ни одной команды. Я вынужден был сам ложиться за пулемет и отбивать наступление немцев. Видя, что панику никак нельзя ликвидировать, я вынужден был расстрелять двоих паникеров. Лишь после этого бойцы заняли оборону, отбили наступление фашистов. Мы собрали хорошие трофеи. Ребята в знак благодарности подарили мне пистолет «Вальтер» и 60 патронов к нему. После боя спрашиваю у них: «Будем теперь сдаваться?» Все отвечали: «Нет, конечно. Спасибо вам, товарищ лейтенант!» Так я стал командиром этой группы, хотя меня никто не назначал им. А назначенный командир группы пролежал весь этот бой на дне окопа, фактически не участвовал в бою...".

"Под видом заключенного – осужденного за хулиганство сроком на 2 года я, как и многие наши товарищи, остался проживать, а вернее скрываться у крестьян деревень Красное Кореличского района, Ятра, Косичи, Богуденка Новогрудского района. Проживая у крестьян,  мы ни на минуту не забывали о данной клятве народу, что нам необходимо бороться с фашистами, но как, вопрос еще нами не решался. Мы часто встречались с товарищами по оружию, оставшимися в тылу врага, готовились идти в партизанские отряды. Но летом и зимой 1941 г. на данной территории партизанских отрядов или хотя бы групп, мы не встречали, не слышали о них и вынуждены были думать, что делать".




Категория: Воспоминания ветеранов 213 СП | Добавил: Admin (12.08.2011)
Просмотров: 1051 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 1
0
1 Илья Чернявский   [Материал]
Добрый день! Я занимаюсь изучением истории отряда "Октябрьский", которым командовал В. Панченков! Может у Вас есть дополнительная информация об этом человек, также рад помочь сам чем смогу!

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
Cайт визуально адаптирован под браузер
Mozilla Firefox скачать/download
В остальных браузерах сайт может отображаться некорректно!
(IE, Opera, Google Chrome и др.)
Рекомендуется установить дополнение uBlock, добавить

В связи с изменением адресации ресурса ОБД-мемориал большинство ссылок не работают. Проводится работа по обновлению ссылок.
Основные источники
ОБД Мемориал Подвиг Народа
Друзья сайта
Песни сайта
Статистика
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа